Шум 7.07

Чистота плыла над доками — огромный светлячок на фоне серо-голубого неба. Она остановилась над домом, который был наполовину построен и брошен, из его середины торчал небольшой кран. Я его узнала — в этом здании Сука размещала свой импровизированный приют для собак.

— Брайан! — крикнула я. — Смотри!

Оператор попытался увеличить изображение и сфокусироваться на Чистоте, но добился только того, что блики, которые сопровождали её, стали ещё сильнее.

Он уменьшил изображение как раз в тот момент, как она перешла к действию.

Пучки света, которые сорвались с её ладони, не были прямыми, скорее, изогнутыми, и сформировали грубую двойную спираль. В результате в здании появилась дыра, диаметром больше её роста, а подъемный кран опрокинулся на одну из стен. Чистота разрушила остальные стены, перемещая на них пучок света.

Ей потребовалось меньше минуты, чтобы снести здание до основания, сровняв его с землей.

Она остановилась и зависла там, среди пыли и пятнышек света, которые следовали за её силой. Затем повернулась и направила более узкий и плотный луч света на один из углов ближайшего к ней здания, на его фундамент. Она ударила по следующему углу, затем хлестнула по первому этажу колеблющимся лучом света, сметая внутренние опоры. Дом обвалился, облака пыли захлестнули обрушенные кирпичные стены.

Здание ещё даже не закончило разваливаться, когда Чистота принялась за следующие два дома, посылая к каждому по лучу.

— Там были люди? — спросила я, эта мысль ужаснула меня не меньше, чем разрушительные способности суперзлодейки. — А в тех, других строениях?

Брайан стоял за диваном и смотрел на экран.

— В первом здании — может и были. В остальных — ещё могут быть.

Нужно было спешить. На скромность времени не оставалось. Я повернулась спиной к Брайну, и сняла топ, на мне остался только лифчик. Затем сняла с пояса толстовку, и высвободила рукава костюма.

— Ты что делаешь?

— Готовлюсь, — я продела руку в один из рукавов и начала натягивать перчатку на пальцы.

Брайан обошёл диван, и я быстро подняла верхнюю часть костюма и прижала её к груди, прикрывая себя. Он положил ладони на мои голые плечи и с силой усадил меня на диван. Я подчинилась, напряжённо и неохотно.

Он отдернул руки немного быстрее, чем сделал бы это день или два назад, пряча их в карманы. Я ссутулилась.

Брайан глубоко вздохнул:

— Это не твоя забота.

— Они делают это из-за нас, — я перехватила верхнюю часть костюма, чтобы освободить руку, и показала на телевизор. Оператор бежал с места действия, изображение дергалось, как и камера в его руках. Чистота вспышкой света перемещалась в его направлении, разрушив ещё несколько зданий.

— Из-за Выверта, а не из-за нас. О последствиях позаботятся герои, — парировал Брайан.

— Из-за бойцов Империи могут пострадать невинные люди.

— Они давно уже страдают от них.

Я повернулась и, нахмурившись, посмотрела на Брайана.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Мы…

— Неформалы, — женский голос вклинился в беседу. — Протекторат. Примите к сведению.

Наши головы повернулись к телевизору. Камера показывала светящиеся очертания, отдалённо напоминавшие женское лицо. Изображение сместилось, и я услышала её команду:

— Держи крепче.

Камера выровнялась и сфокусировалась на лице Чистоты, объектив был направлен вверх и снимал её откуда-то снизу. Я подозревала, что оператор лежал на земле.

— Вы забрали то, что для меня важнее всего на свете, — её голос был пустым, механическим. — Пока её не вернут, я не успокоюсь. Я буду уничтожать этот город до тех пор, пока не найду вас, или вы не придёте, чтобы остановить меня. Мои подчинённые убьют любого, будут убивать всех подряд, пока вопрос не будет улажен. Мне плевать, чистая у них кровь или нет. Если они не с нами, они упустили свой шанс.

Она наклонилась, чтобы взять камеру. Пока изображение дико качалось, Чистота произнесла:

— Ночь. Туман. Продемонстрируйте.

Изображение выровнялось, фокусируясь на мужчине и женщине в сером и черном костюме соответственно, в капюшонах и плащах. Позади и в стороне от них стоял противоестественно бледный молодой человек с белыми волосами.

Человек в сером превратился в клубящееся облако бело-серого тумана, которое двинулось к камере. Чистота взлетела, перемещаясь над сценой, фокус камеры оставался на операторе. Когда камера поднялась повыше, и обзор стал шире, я увидела, что в стороне, прислонившись к стене и скрестив на груди руки, стоит Паладин.

Когда туман окутал оператора, Ночь шагнула вперед, растворяясь в нем. Затем всё произошло неправдоподобно быстро. Раздался резкий крик, затем из тумана струями выплеснулась кровь, окрашивая асфальт вокруг множеством крупных брызг тёмно-красного цвета.

Туман двигался так, будто имел собственный разум, снова стягиваясь в человека. Когда он снова стал собой, на асфальте осталось только несколько пятен крови шагах в шести от того места, где упало тело, и Ночь, стоящая посреди дороги. Там, где прошел туман, не осталось ни тела, ни одежды, ни крови.

— Мы — не АПП, — сказала Чистота, не утруждаясь развернуть к себе камеру. — Мы сильнее — и по мощи, и по численности. У нас есть дисциплина, и, благодаря вам, нам теперь больше нечего терять. Я верну свою дочь, и мы осуществим возмездие.

Чистота бросила камеру, и изображение лениво поворачивалось, пока камера летела к земле. Её уход был отмечен кратчайшим отблеском света, затем камера ударилась о землю, и экран потемнел. Через некоторое время на экране появилась эмблема «Новости ББ4» на синем фоне.

— Дерьмо, — сказал Брайан.

— Итак. Если ты не собираешься противостоять им, чтобы спасти людей, — я не смогла полностью скрыть огорчение, — то, может быть, ты сделаешь это ради нашей репутации, ведь они нам бросили вызов?

— Это не… Тейлор, я не хочу, чтобы людей убивали. Я не злодей, который стремиться причинить людям боль. Я просто практичен.

— Ты не ответил на мой вопрос. Что мы собираемся делать после всего услышанного?

— Мы позвоним Лизе. Или ты позвони, а я в это время займусь твоим ухом.

Я кивнула. Пока Брайан ходил за аптечкой и моим сотовым, я воспользовалась шансом и снова надела топ. Брайан использовал физраствор и влажную салфетку, чтобы обтереть мне кожу вокруг уха, а я набрала номер Лизы. Она подняла трубку на первом гудке.

— Лимон Д, — сказала я.

— Шмель И — ответила она. — Никакой непосредственной опасности, но ситуация не внушает оптимизма?

— Верно, — ответила я.

Брайан отложил салфетку, которой он вытирал мне голову. Салфетка оказалась красно-розовой с хлопьями высохшей крови. Он подготовил другую, чтобы продолжить обработку.

— Ты видела ту передачу по телевизору? — спросила я. — Погоди, я переключу тебя на громкую связь для Мрака, — я использовала его кодовое имя в целях безопасности. Повозившись с кнопками, я переключила телефон на громкую связь.

Голос Лизы был металлическим из-за низкокачественного динамика.

— Чистота? Я видела её по телевизору. Насколько я поняла, пока она была на работе и ещё ничего не знала об электронном письме, к ней в дом пришли сотрудники социальной службы вместе с группой кейпов и забрали её ребенка. Мама-медведица в ярости.

— Сплетница, — вмешался Брайан, — ты разговаривала с Вывертом?

— Выверт говорит, что он прямо сказал Кайзеру, что берёт на себя ответственность за электронные письма. Я ему верю. Если Чистота и другие подчиненные Кайзера об этом не знают, значит, что у него не было возможности сказать им об этом или он преднамеренно держит их в неведении.

— Что? Зачем это ему? — я поднесла телефон поближе ко рту, чтобы задать вопрос.

— В этом есть некий извращенный смысл, — ответил вместо Лизы Брайан. — Он позволит своим людям считать, что ответственность несём мы, потому что группа Чистоты вышла на охоту за нами и Протекторатом. Крюковолк в любом случае ненавидит нас из-за Суки, так что он только “за”. Кайзер позволит им разобраться с нами, пока они пышут яростью и ненавистью. Они не станут ограничивать себя в средствах — будут пытать, калечить и убивать, обвиняя во всём нас. Когда с нами уже разберутся, или когда он посчитает удобным, он расскажет им правду, перенаправляя их жажду крови на Выверта. Его люди никогда не будут более пугающими или жестокими, чем сейчас. Почему бы ему не нанести удар в полную силу?

— Разве они не прекратят, если Выверт признает публично или только для членов Империи Восемьдесят Восемь, что это всё он устроил? — спросила я.

— Прекратят, — ответил металлический голос Лизы. — Но Выверт так не поступит. Он был готов поговорить с Кайзером, признаться прямо в лицо, но если он устроит публичное выступление, то рискует стать центром внимания, привлечь к себе интерес, а он не собирается этого делать. Подозреваю, что Кайзер знает и учитывает это.

— Так что дальше? — спросила я. — Думаю, мы должны что-то сделать, вмешаться, но Брайан думает, что нам не стоит высовываться. Во всяком случае, он так думал до того, как Чистота сделала своё заявление. Не уверена, изменил ли он своё мнение.

Я посмотрела на него.

— Нет, не изменил, — сказал Брайан, достаточно громко, чтобы его услышали по телефону. Он нанес мазь мне на ухо, заставив меня вздрогнуть. — Извини.

Я не была уверена, за что он извинился — за его позицию по обсуждаемому вопросу или за медицинскую помощь.

— Согласно новостям и моему, кхм, внутреннему источнику, — сказала Лиза, ссылаясь на свою силу, — Чистота не остановилась. Она обстреливает доки с высоты и перемещается слишком быстро. Её могут поймать разве что Бесстрашный или Скорость, а по ударной силе она превосходит их обоих вместе. Я уверена, что пока мы говорили, она разрушила ещё четыре здания. Сколько у неё уйдет времени, чтобы добраться до нашего укрытия?

Брайан скривил губы.

— И она командует собственной подгруппой в составе Империи 88, так что, готова поспорить, Туман, Ночь, Алебастр и Паладин на улицах, делают своё дело. Не знаю, как у вас, ребята, а у меня есть друзья по соседству с нами. И мне от этого не по себе.

Брайан вздохнул.

— Хорошо. Выдвигаемся. Но никакого прямого столкновения, пока у нас не будет стратегии, особенно до того, как мы воссоединим две наших группы. Где вы, ребята?

— Прячемся в дальнем конце депо, с собаками, — ответила Лиза. — Тут неплохо. Всяко лучше, чем в снесенном Чистотой здании. Не знаю, почему Сука устроилась там, а не здесь.

Я услышала на другом конце трубки голос, который, вероятно, принадлежал Суке, хотя и не смогла разобрать слов.

— Итак. Мы встречаемся? — спросила Лиза.

— Встречаемся, — ответил Брайан. — Я собираюсь позвонить Выверту, чтобы получить транспорт, и ещё задам ему несколько вопросов, узнаю для себя, говорил ли он с Кайзером. А пока машина добирается сюда, у меня будет время залатать Рой.

Я вздрогнула.

— Залатать? А что с ней?

— Это не имеет отношения к текущей ситуации. Мы объясним позже, — сказал он.

— Ну, до встречи. Береги себя, Рой, — Лиза повесила трубку.

Брайан поднял нитку с иголкой.

— Заранее извиняюсь.

— В фильмах и по телевизору детей постоянно таскают за уши. Зрители не понимают, как это чертовски больно, — я коснулась той части своей маски, которая прикрывала повязку на мочке уха. Она пульсировала, отчасти из-за швов, наложенных Брайаном.

— Просто оставь её в покое. Болеутоляющее скоро начнет действовать.

— Хорошо.

Несколько минут мы сидели в тишине. Я смотрела в маленькое окно в задней части автомобиля. Очень немногие машины ехали в том же направлении, что и мы.

Внутренняя часть машины Выверта была заполнена медицинским оборудованием. Тут была каталка, на которой я и сидела, ещё одна каталка, которую можно было разобрать и собрать снова, как только она потребуется, была закреплена на потолке. Пространство было эффективно заполнено медикаментами и оборудованием: под скамьей, на которой сидел Мрак, находились кислородный баллон, кардиомонитор, спасательные жилеты, трубки всех форм и размеров, шкафчики и ящики с таблетками, шинами и бинтами.

Судя по всему, это была настоящая машина скорой помощи. Я не могла сказать, была ли она таковой изначально и Выверт лишь добавил дополнительные отделения для оружия и моих насекомых, или он пошёл другим путем и спроектировал транспортное средство с нуля, чтобы учесть все потребности.

Мы замедлились, и Мрак наклонился к передней части машины.

— В чем дело?

— Впереди оцепление, — сказал водитель. Он и женщина на пассажирском сиденье были людьми Выверта, одетыми в униформы медработников. — Не беспокойтесь.

Он щёлкнул выключателем, и заревела сирена. Несколько секунд спустя он увеличил скорость. Я посмотрела в заднее окно и увидела позади нас линию из патрульных машин и фургонов СКП, которые вставали на место, снова закрывая разрыв в построении.

— Эй, ты как там? — спросил меня Мрак. Он был в своем костюме, в шлеме, щиток опущен вниз.

— Хм?

— У меня такое чувство, что ты злишься.

— Если я на кого-то и злюсь из-за того, что произошло в торговом центре, то на себя. Мы можем навсегда закрыть эту тему и забыть о том, что это вообще происходило?

— Нет, нет. Я хочу сказать, ты злишься потому, что я не вскочил и не побежал драться с Империей Восемьдесят Восемь прежде, чем мы узнали, что поставлено на карту?

— Ой, — я покраснела, и моё ухо начало пульсировать от прилива крови. Хотелось пнуть себя за глупость. — Честно, я не знаю. Я такого не ожидала. Я вижу, как много ты сделал, чтобы позаботиться о… члене своей семьи, и вообще я думаю, что ты довольно благородный парень, понимаешь?

Разговор приблизился к теме-о-которой-не стоило-говорить, поэтому я предпочла его не развивать.

Мрак потер шею:

— Не уверен, что я настолько хорош, насколько ты думаешь…

Неожиданное столкновение подбросило машину, выбив Мрака из его кресла и чуть не отправив меня кувыркаться. Машина, потеряв управление, опрокинулась и приземлилась на бок, при этом Мрак перелетел через носилки, на которых я сидела. Запасные носилки и содержимое внутренних ящиков и шкафчиков разлетелись вокруг нас и теперь лежали в полном беспорядке.

— Блядь! — выругался водитель. — Вот говнище!

Выбравшись из вороха трубок и половины каталки, упавшей на меня, я проползла к передним сиденьям.

То, что я увидела, мало отличалось по внешнему виду от собак Суки после превращения. Может быть, немного крупнее, сложно было сказать. Оно было полое, с конечностями тоньше, чем у собак, и трудно было понять, где кончается его плоть и начинаются зазубренные клинки, шипы и крюки, они бешено вращались и перемещались относительно друг друга — всё это двигалось слишком быстро для человеческого глаза. В целом же существо имело четыре лапы, хвост и вытянутую морду.

По обе стороны от него шли два человека. Один из них был высоким бледным мужчиной с фигурой, которую можно увидеть только у культуристов. Он был в чёрном трико, разодранном на ногах в лохмотья, его икры, предплечья и руки были обмотаны цепями, и в бело-синей маске тигра. С другой стороны металлического чудовища шла девушка примерно двадцати лет с телосложением гимнастки, на обнаженных участках кожи у неё виднелись многочисленные шрамы. У неё были короткие светлые волосы и маска из стальной сетки на лице.

Крюки и лезвия чудовища прекратили движение и начали втягиваться в кожу человека, который находился в центре груди этой твари. Когда его передние конечности приняли вид обычных рук, он упал на корточки на улице. На его голове осталась лишь маска волка из грубо согнутого листового металла, обрамленная длинными, засаленными светлыми волосами. Крюковолк.

Ходили слухи, что Крюковолк в прошлом был одним из лучших бойцов-паралюдей, выступавших на одном из бойцовских рингов Нью-Йорка. Из-за жадности он убил хозяина ринга, ограбил сейф и сбежал с выручкой за весь вечер, попутно обзаведясь большим количеством врагов. Местные сторонники идеи превосходства белой расы с радостью приняли его в свои ряды, поскольку убитый букмекер являлся «приемлемой целью». Возможно, Крюковолк с самого начала придерживался их идеологии, возможно, он заразился ей, когда увидел, что его жестокие методы находят здесь одобрение. Так или иначе, я подозревала, что сейчас он был готов на всё ради своей «Империи».

Человек с цепями и маской тигра — Штормтигр, и девушка — Цикада когда-то участвовали в тех же боях, что и Крюковолк. Я не знала, почему они ушли вместе с ним, но едва ли это имело значение. Крюковолк был достаточно опасен сам по себе. А с друзьями?

— Бежим, — пробормотала я. Крюковолк и его приятели были спиной к нам и шли по направлению к полицейским баррикадам. Штормтигр согнул руки, и из воздуха вокруг них образовались по пять бледных, прозрачных лезвий.

— У нас есть оружие, — сказал водитель. — Мы можем пристрелить их, пока они к нам спиной…

— Нет, — сказал Брайан, — это не повредит Крюковолку, и, как я подозреваю, Цикаде и Штормтигру тоже, иначе они не стали бы так нагло торчать перед копами. Рой права. Мы отступаем. Готовы?

Мрак накрыл задние дверцы скорой помощи тьмой, чтобы приглушить звук, а затем выбил их и выпустил тьму наружу. Мы вчетвером бесшумно вышли из скорой помощи.

Мрак заполнил квартал тьмой, а я вывела насекомых из машины и рассеяла вокруг, чтобы ориентироваться в темноте с помощью своего шестого чувства. Я схватила женщину-«фельдшера» за руку и потянула её с середины улицы в сторону тротуара. Брайан вёл водителя в том же направлении.

Насекомые сообщили мне, что нас преследует кто-то быстрый. У меня не было времени одновременно отойти в сторону и отвести человека Выверта в безопасное место, поэтому я оттолкнула её в одну сторону, а сама прыгнула в другую. Неизвестный возник как раз в пустоте между нами, я даже почувствовала, как порыв ветра развеял мои волосы.

Раздалось что-то похожее на взрыв, и порыв ветра, достаточно мощный, чтобы поднять меня с земли, рассеял часть тьмы. Штормтигр стоял в центре воздушного кармана, сформировав полупрозрачные “когти” вокруг поднятой левой руки.

Он постучал одним из лезвий по носу маски тигра на своем лице и посмотрел прямо на меня. Его голос был ещё ниже, чем у Брайана:

— Мне не обязательно видеть тебя, сладенькая.

Я начинала всё сильнее и сильнее ненавидеть героев с улучшенными органами чувств.